Знаменитое «if you are so clever show me your money» перефразировано тут вовсе не ради одной лишь игры слов.
Во-первых, штампы про умный город просочились уже повсюду, вплоть до географического конца света, наступающего сразу же за станцией Болотное. И им, наверное, все же следует как-то соответствовать.
Во-вторых, уму любезны парадоксы. В умеренных, разумеется, дозах, но именно с этим в Томске есть определенные проблемы.
В особенности это проявляется, когда речь заходит о ресурсах – а заходит она (просто в силу экономической специфики) безо всякой устали.
К примеру, в понедельник граждане, узнав о новом 3% повышении розничных цен на бензин, начинают заново погружаться в парадоксальное.
«Как же так, – вопрошают они непонятно кого. – Мы ведь живем в нефтяном краю, нам за топливо чуть ли не доплачивать должны».
Это говорит коллективный ресурсный «миллиардер», четко усвоивший еще в школе про сибирские масштабы и объемы.
Ему навстречу из пыльного окопчика поднимается коллективный «жлоб», усвоивший еще в 90-е про то, что масштабы и объемы не гарантируют ничего.
«Нет, – говорит он своему оппоненту. – Живете вы у противоположного края болота, и к нефти имеете самое опосредованное отношение. Для отрасли же томская нефть это капля в море, причем очень затратная в плане себестоимости капля. Особенно, хехехе, теперь. И если ребята тут что-то еще сосут из земли, то нужно им сказать за это спасибо. Ну а если будете сильно бухтеть, север вместе с нефтью «отвалится» в ХМАО – там, кстати, и налоговое бремя (это к разговору об общественной нагрузке) на нефтяников, вроде как, заметно меньше».
Во вторник наступает черед леса.
«Да у нас в войну бабки и тетки пилами в 10 раз больше давали древесины, чем сейчас добывают всякими харвестерами и форвардерами. Мы сидим на чудовищных лесных богатствах и не чешемся. И вообще, где все деньги?»
«Лес наш низкосортный, из него только тумбочки опилочные клеить, как раз под это и строятся какие-то предприятия. А то, что вам этого кажется мало – от наивности. Показатели и так на пределе возможного. Народ в районах спился и разбежался, поэтому туда пришлось вагонами завозить китайцев. Творческой же интеллигенции (которая по традиции могла бы помахать топором) у нас во всей стране для одного приличного фильма не хватает. И деньги там же, где кино».
Среда посвящается электричеству. По четным неделям тема подается с газом, по нечетным – без.
«Генерация на угле – позапрошлый век. Мы переплачиваем за привозной уголь непонятно кому, хотя сами же добываем экологически чистый и более теплотворный газ. Но его гонят в недружелюбную Европу и собираются гнать в мутный Китай. А еще энергокомплекс поделили на десяток отдельных лавочек, чтобы прокормить как можно больше отдельных личностей. Одни жгут уголек, вторые кипятят на нем воду для труб, третьи крутят динаму, четвертые ходят присматривать за счетчиками. Даже за проводами присматривают несколько разных контор, и никакой конкуренцией там при этом не пахнет. Однако всем им нужен свой барыш. Вот из этого всего получаются и высокие цены на энергию в целом, и неконкурентоспособная промышленность как следствие».
«Валюта, добытая из газа, почти вся – в отличие, кстати, от нефтяных денег – идет в бюджет и госпроекты. Не будет ее – не будет ни бюджета, ни импорта, ни преференций для Томской области. Газа у нас добывается немного, при этом «слухи» о его экологичности явно преувеличены. И вообще, если в Сибири исчезнет угольная генерация, то прямо под боком у Томска вырастет негасимый очаг социальной напряженности. Вот тогда отсюда (и из Сибири вообще) точно навсегда убегут почти все капиталы. Тариф для населения субсидируют за счет предприятий, причем размер «перекрестки» здесь больше, чем у соседей. Раз область энергодефицитна и закупает большую часть энергии извне, то внешнюю наценку нужно чем-то компенсировать. «Физиков» трогать нельзя, вот вам и неконкурентоспособная промышленность даже по отношению к регионам-соседям. Так что никаким богатством, увы, не пахнет и тут».
В четверг градус недоумения достигает природой установленных пределов.
«Но ведь вода – это уже совсем перебор. Ее же здесь девать некуда, весь город тополями засадили, чтобы они ее откачивали через себя. Однако и она дорожает, вдобавок подается с перебоями. Предприятия обложили поборами по водоотведению так, что получилось как в старом анекдоте про кооперативный туалет – выпить стакан воды стоит 3 копейки, отдать затем в надежные руки все 15. Дальше только на воздух тарифы ввести и повышать раз в неделю».
«Загрязняли бы воздух так, как это годами делали с водой в Томи – платили бы и за воздух. А чтобы в реках стало чище, предприятия и платят экологические сборы. Или вот недавно кто-то в Москве заикнулся, что в неких планах есть продажа сибирской воды в Китай. Ну и кто тогда устроил истерику про «новый поворот рек», «гнусное предательство» и «расхищение стратегических ресурсов»? Да вы же и устроили, хотя вода у вас числится дармовой и даже избыточной».
Пятница – время, когда коллективное возбуждение ослабевает, расслаивается, а его остаточные фрагменты переносятся в сферу частных интересов. Однако часов эдак до трех пополудни недельная норма все же выполняется с явным запасом. Например, в очередной раз выясняется, что область наша размером с половину Франции (даже вместе с оставшимися колониями), а земли здесь никому и ни на что не хватает (даже на какой-нибудь тупой коллективный гараж). Или же кто-то снова узнает, что тут есть Нефтехим, есть нефть и газовый конденсат, но сырье для Нефтехима до сих пор везут в цистернах через половину Сибири. А песок? Чистейший по многолетним заверениям кварцевый стекольный песок, но иностранные инвесторы теми же годами крутят носом и не строят у нас никаких стекольных производств. Даже свои стабильно загибаются, не то что там…
К сожалению или счастью, но проект, посвященный ресурсам, не удастся свести к уже опробованному дискуссионному формату. Здесь просто нет четкого разграничения между «потенциальным миллиардером» и «практикующим жлобом». Оба прекрасно уживаются как в едином коллективном сознании, так и (очень часто) в одном и том же индивидуальном.
Это тоже по своему парадокс, но «жлоб» в части, например, электричества, запросто оказывается – даже рук не успев помыть – «кутежником» в отношении нефти.
И наоборот, и вперехлест с другими ресурсными нишами, и так далее. Доходит до того, что люди, десятилетиями кричавшие на тему «нас считали бесплатными винтками», теперь благообразно рассуждают про «обесценивающийся человеческий ресурс».
Поэтому всем нам необходимо поступить по уму и все-таки внести ясность в вопрос о ресурсах. Не с точки зрения гипотетических богатств или «строго объективной» нищеты, а с позиций самой обыкновенной экономики. Попутно развеяв мифы, стереотипы, какие-то взаимные обиды и застарелые претензии.
Итак, начинаем выяснять, что у нас (то есть в Томской области) реально есть, чего нет, что может быть при определенных (не фантастических) условиях, и почему все именно так, а не по другому.
Готовьте к бою внутренних «миллиардеров» и «жлобов», начинаем уже со следующей недели.
