Региональный директор томского офиса Промсвязьбанка Андрей Сальников о критериях надежности и информационных рисках для банковской системы.
События июля-августа 2017-го, повлекшие за собой санации крупнейших частных банковских структур России, спровоцировали массу тревожных ожиданий. Ждали всякого, вплоть до полного огосударствления банковской сферы и запуска механизма «окончательного финансового краха». Реальность, как это ей и подобает, выдала нечто альтернативное оптимистичному официозу. О том, как ситуация видится и оценивается внутри крупного частного банка, нашему изданию рассказал региональный директор томского офиса ПАО «Промсвязьбанк» Андрей Сальников.
– Нет, именно о панике речь не шла. Был постепенный отток клиентов из банков, попавших под санацию. И причины этого совершенно понятны: введение временной администрации в руководящих звеньях (а это и есть один из инструментов санации) ведет к временной опять же приостановке принятия ежедневных решений. Операционная деятельность при этом не прекращается, банк продолжает работать. Но ведь у каждой серьезной банковской структуры есть клиенты, постоянно требующие принятия определенных решений: по тарифам, кредитованию, обслуживанию и т. д.
К примеру, у вас открыта кредитная линия, но через два или три месяца вам потребуется рефинансирование или пролонгация. Вы идете в банк, и там ничего не могут на это ответить. Для клиента такая ситуация несет высокие риски просто потому, что решить этот вопрос нужно прямо сейчас, потом может быть поздно. И люди начинают искать альтернативу. Вот вам и причина оттока, и следствие информационного давления одновременно. Как такое можно совмещать с декларациями по поводу стабильности банковской системы – не совсем понятно.
– Ну а как это назвать? Если у банка вследствие этого в один практически момент выводится 25 30% пассивов, то, конечно, для него это будет потрясением. Далее включается механизм санации, но он ведь работает не с той степенью эффективности, о которой было заявлено.
Сначала кто-то допускает провокационные «вбросы», потом государство приступает к санациям, заявляя о шестимесячных сроках для наведения порядка. Это, разумеется, лучше, чем ничего, но банк – тем более крупный – представляет собой очень сложную структуру. У Промсвязьбанка есть солидный опыт успешной интеграции (то есть приведения к определенному внутреннему порядку в том числе) небольших банков: на это уходит довольно много труда, ресурсов и времени. А тут совсем другие масштабы.
Повторюсь: санация – это, наверное, лучшее, что можно было предложить в сложившейся ситуации. Центробанк отреагировал должным образом, и, будем надеяться, все в итоге придет в норму.
– Есть факты, их последовательность и прочее, сегодня информация более-менее доступна всем. Кому надо, тот сам может со всем этим разобраться. Безусловно одно – информационное давление, в том числе и на нас.
Раз в неделю или две публикуется что-нибудь якобы «горячее». Утром публикуют со ссылкой на «неизвестный источник», вечером сами же опровергают. И тут уже я у вас должен спрашивать: как там в СМИ сейчас, редакторы есть или нет?
– Не всегда заметно.
– Тоже правда. Но это необходимая часть бизнеса, тем более банковского, не так ли?
В сентябре этого года Промсвязьбанк попал в ТОП-10 крупнейших банков Центральной и Восточной Европы в сфере cash management – речь идет об управлении корпоративной ликвидностью и финансами. Исследование проводит ежегодно журнал Euromoney.
Томские компании, у которых есть серьезные финансовые службы и возможность проведения компетентной экспертизы, нам доверяют. Считаю это весомым показателем.
Мы не теряем в ресурсной базе – растет объем вкладов не только физических, но и юридических лиц.
У банка в целом по-настоящему дифференцированная клиентская база. Это значит, что у нас – как у частного банка – много именно частных клиентских средств, которые, кроме прочего, не выводятся в раз, как по команде. С точки зрения отчетности, зафиксированной на конец ноября, мы демонстрируем хорошие показатели. Но это все, конечно, не для заинтересованной прессы: если цифры хорошие, для нее это признак того, что «они это рисуют, все плохо на самом деле».
– Мы даем честные цифры. Много обсуждалось, например, то, что у Промсвязьбанка 10% активов считаются проблемными.
И никто почти не говорит о том, что признание проблемной задолженности на балансе – это в общем-то для банков дело «добровольное». В том плане, что можно вообще ничего по делу не оглашать до последнего.
Мы указали у себя этот объем в балансе и поступили честно. А если мы честны перед собой и перед рынком, то и с этой задолженностью будем разбираться более эффективно. Когда проблему не скрывают, становится ясно (должно становиться, по крайней мере), что в дело будут запущены адекватные проблеме механизмы. Ну а на бумаге существовали банки, у которых никогда больше 5% или 7% проблемных активов не было в принципе, а потом оказалось, что речь идет о 50% или 60%.
Промсвязьбанк покрывает эти риски через создание избыточных резервов. Мы уже два года направляем огромные средства на резервирование. На это уходила значительная часть операционной прибыли.
А еще с января 2018-го ЦБ повышает норматив по базовому капиталу, в Промсвязьбанке к этому готовы, объема прибыли этого года хватит на докапитализацию банка. Решение об этом уже принято акционерами.
– Резервы создаются на случай дефолтов наших заемщиков. Это – источник покрытия возможного невозврата кредитов, и он сформирован с запасом.
Еще есть такая вещь, как подушка ликвидности, в Промсвязьбанке она поддерживается на уровне более 200 млрд рублей. Это то, что мы можем быстро превратить в наличные или безналичные средства, если того потребуют клиенты. Банк тут, конечно, несет определенные издержки с точки зрения внутренней экономики, но это того стоит.
Все это означает как минимум надежность.
– Это не так. Я постоянно говорю о том, что банка без ресурсов не бывает – он обязательно должен заниматься своими ресурсами с утра до ночи каждый день, независимо от ситуации на рынке. Растет этот рынок или падает, неважно. Потому что если у вас нет пассивной базы – правильно сформированной и с хорошей ценой, – это путь в никуда. У нас ведь до сих пор многие живут болезнями прошлого, когда можно было запросто фондироваться за рубежом. Зачем мучиться, работать и создавать какие-то технологии, если где-то можно взять очень дешевые деньги, конвертировать в рубли и раздавать их здесь? А ведь клиентскую базу здесь и сейчас просто так не нарастить.
– Они у нас довольно высокие. Другое дело, что тут возникают подозрения в том, что это работа на грани маржинальности и даже за ней. На практике все зависит от структуры ресурсной базы. У нас есть депозиты юридических лиц, текущие счета, остатки на счетах и т.д. Если всей этой структурой грамотно управлять, то вполне можно выдавать высокую ставку по привлечению в срочные инструменты. У нас в этом плане достойная статистика, по депозитам мы уверенно растем.
– Я уже говорил, что большую часть операционной прибыли мы отправляли на резервирование. К 2018-му все это будет выполнено в избытке, поэтому с прибылью все должно быть в порядке.
В Томской области у Промсвязьбанка вообще нет проблем с рисками, так называемая «просрочка» практически у нас равна нулю. Можно сказать, что здесь мы даже излишне осторожны к кредитному риску, что мы этот риск не вполне добираем. Но в общем и целом эта линия поведения позволяет томскому офису закрывать этот финансовый год с плановой прибылью. С учетом экономики, экономической активности и т.д.
– В общий объем доходов томского офиса МСБ вносит почти 50%, то есть заметно наращивать эту долю было бы не совсем правильно. Все-таки банк не должен зависеть от состояния конкретного клиентского сегмента. Качество, новые сервисы, уровень обслуживания – это все получит должное развитие, на этом рынке стоять на месте нельзя. Но какой-то особой активности тут пока не предполагается, все и без того обстоит неплохо.
По итогам I полугодия 2017-го Промсвязьбанк вошел в ТОП-5 российского рынка кредитования в сегменте МСБ. Общий прирост за полугодие составил более 39%.
Сейчас приоритетная задача, стоящая перед томским офисом, заключается в развитии розницы и направления корпоративного бизнеса.
– На самом деле в розничном сегменте все не так уж и сложно, если ты при этом имеешь нужный технологический и организационный заделы. У нас все это есть.
Тут есть несколько ключевых моментов. Во-первых, ваши продукты должны быть интересны рынку – с точки зрения маркетинга, цены, качества продукта, непосредственно его идеи.
Второе – технологичность, уровень менеджеров. Третье – доступ к широкой аудитории. Если ваш продукт доступен через дистанционные каналы и вы умеете их должным образом настраивать, то вопрос во многом уже решен. ITплатформа, созданная в Промсвязьбанке, в этом плане абсолютно конкурентоспособна.
– Пока не особо, по крайней мере, в Томске мы ее не видим. Наверное, это вопрос времени и преодоления какой-то инерции. Активность можно оценивать по транзакционному бизнесу и сегменту расчетно-кассового обслуживания, а в нем – несмотря на все качество существующего предложения – заметного роста сейчас не наблюдается.
В то же время к нам все чаще обращаются те, кому необходимо осуществлять транзакционные операции с зарубежными партнерами. Промсвязьбанк имеет партнерские соглашения с 110 банками по всему миру и не находится под санкциями. Это ресурс, им пользуются, его ценят и ему доверяют.
– Объем сделок, связанных с внешнеэкономической деятельностью, растет, это однозначно. Проблема в том, что наш томский экспорт сконцентрирован в нескольких сырьевых нишах – там мы работаем, но готовы предложить и большее. Дело за спросом.
Что же касается импорта, то упомянутые уже транзакционные возможности и число сотрудничающих с нами зарубежных банков дают рынку во многом уникальные возможности. Мы можем структурировать сделки с привлечением фондирования западных банков – это позволяет получать серьезную скидку с точки зрения стоимости продукта и увеличивать сроки контрактов. Также востребованы такие услуги, как страхование сделок западными компаниями и хеджирование валютных рисков. Последнее позволяет фиксировать валютные курсы: не секрет, что готовое для продажи оборудование в моменте бывает далеко не всегда, его надо изготовить, поставить, осуществить пусконаладку и т.д. Это год или два, если речь идет о серьезном проекте. И на такой временной дистанции возникают большие риски валютного характера. Кто помнит, тот знает, сколько компаний у нас погорело на этом в 2008/2014 году. Сейчас нужные инструменты страховки есть, дело опять же в отложенном спросе.
– Шире применять такой инструмент, как факторинг. За восемь месяцев 2017 года суммарный объем портфеля Промсвязьбанка по факторингу в сегменте МСБ вырос на 33%, это о многом говорит.
В Томской области мы активно продвигаем этот продукт – это позволяет оплачивать услуги подрядчиков крупных строек, что называется, почти в моменте.
Есть томские поставщики крупных розничных сетей, которым необходим этот инструмент для сохранения оборотных средств. В факторинге мы как были, так и остаемся номером один в стране.
– В начале декабря по инициативе областных властей в нашем главном офисе открылось представительство томского центра «Мои документы» (иначе – МФЦ). Цель создать специализированные площадки по оказанию госуслуг для предпринимателей в местах, которые они активно посещают.
Массу вопросов, возникающих у бизнеса, в итоге можно решать в моменте. В планах – дополнить все это нотариусом или представителем консалтинговой компании. Финансы, госуслуги и консалтинг в одной точке – это должно стать идеальным местом для бизнеса.
– В этом году мы запустили два дистанционных сервиса, которыми по праву гордимся.
Еще в мае мы начали тестировать новый банковский продукт «Электронная банковская гарантия», и уже к концу октября объем выдач составил 2,7 млрд рублей. Электронная банковская гарантия доступна клиентам с объемом годовой выручки до 4,5 млрд рублей и выдается на сумму до 50 млн рублей на срок до 26 месяцев. Для того чтобы воспользоваться данной услугой, клиенту необходимо иметь опыт успешного исполнения хотя бы одного контракта, заключенного в рамках Федеральных законов № 44-ФЗ, № 223-ФЗ и № 185-ФЗ.
Буквально на днях нашим клиентам-юридическим лицам – пользователям мобильного банка «Мой Бизнес» – стало доступно предложение «Турбоденьги». С его помощью малый бизнес может за считанные минуты прямо с мобильного телефона получить кредит до 2 млн рублей на срок до 12 месяцев. Это уникальное предложение на российском рынке, оно стало своего рода прорывом в рамках развития нашего мобильного банка.
– Да, это однозначно. Конкуренция за качественного заемщика на нынешнем рынке будет только обостряться. В классическом кредитовании, ипотеке или рефинансировании – везде. И мы не намерены в ней уступать. Никому.
Даниил Егоров
Руководитель Федеральной налоговой службы
По итогам десяти месяцев мы отмечаем, что бюджетная система сохраняет свою устойчивость, основные доходы и, собственно, за счёт чего сохраняется эта устойчивость – это ненефтегазовые доходы. Если мы посмотрим по десяти месяцам, то мы идём с плюсом в 3,5 триллиона рублей – это плюс восемь процентов, и в целом это 49 триллионов рублей.
Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Томской области Игорь Браниште о специфике момента и принципах своей работы.
