Почти двадцать лет назад (то есть осенью 1998 года) в свет вышла очередная кинокартина Никиты Михалкова, в которой мэтр наконец-то не постеснялся выступить в роли царя. Долгое время отечественный кинозритель знал Михалкова как талантливого исполнителя ролей, связанных с мелким бытовым хамством – хотя были в его актерской биографии и князья (первый раз – аж в 1969 году), и просто дворяне, и даже английский баронет (нечто среднее между бароном и рыцарем) по фамилии Баскервиль. В новые времена «начальственный» список ролей пополнился гоголевским городничим и «легендарным комдивом» – но вот царя публике пришлось ждать до печально известного 1998 года.
Никита Сергеевич примерил корону и это, судя по всему, повлекло за собой необратимые ментальные последствия. Человек крепко задумался о судьбах родины и своем месте в этих самых судьбах – одно теперь уже не мыслилось без другого. Дескать, что же это за судьба такая, если в ней нет меня? Как минимум, скверная и несчастная.
Итак, «Сибирский цирюльник» – это одновременно название и самого фильма, и его неодушевленного героя. Речь идет об «уникальной паровой лесопилке», проект которой в технически отсталую Россию привозит некий североамериканский изобретатель. Американец не надеется на государственное мышление российских чиновников. В ход идет коррупционная схема. Сибирский лес, что называется, спасен, главный герой страдает от произвола властей и едет сидеть в тюрьме (без этого на западных фестивалях сложновато на что-то рассчитывать).
Двадцать лет спустя Никита Сергеевич снова заинтересовался лесной темой и на роль обновленного «Сибирского цирюльника» назначил некие обобщенные томские власти, до проплешин выстригающие тайгу при помощи ненасытных китайцев.
Здесь нужно отметить, что и сама авторская телепрограмма Михалкова под названием «Бесогон» также является реинкарнацией феномена конца 90-х – кто помнит воскресное шоу Сергея Доренко, тот поймет, о чем идет речь. Никита Сергеевич явно отрабатывает государственный заказ, причем (как и Доренко когда-то) делает это с душой.
Смысл михалковской отповеди, укрывшийся от многих за цифрами и драматургией, заключался в том, что нам мешают «центростремительно двигаться к консолидации нашего общества внутри страны на общем деле». Кто конкретно мешает и как им это удается? Подробностей нет. Что это за общее дело такое, о котором никто до сих пор не имеет внятного представления? И с чего бы оно в таком разе общее? Также нет ответа. Зато есть рецепт – в стране надо провести «приборку», то есть «остановить беззаконие и воровство».
«Это не маниловщина», заявляет Михалков и тут же показывает мусорные полигоны и спиленный томский лес. Да, это не маниловщина, это свалки и бревна, но связь то в чем?
В чем здесь может заключаться «центростремительность» и «общее дело»? Надо массово выйти в лес и приклеить стволы к пням? Посадить китайцев в теплушки и отправить их домой без выходного пособия? Создать отряды пролетарского гнева и перекрыть трассы, по которым из области вывозится лес? И где конкретные фамилии? Приведена фамилия Абрамовича и его многострадальная яхта – дескать, на деньги, вырученные за сдачу томского леса китайцам (20 млн долларов США), можно купить разве что ее (ну или десять «хороших автомобилей Майбах 10»).
Абрамовича, конечно же, упоминать допустимо, и он с этим вполне свыкся. Но где конкретика по теме? Ведь Никита Сергеевич ссылается на данные неких экспертов, оценивших полученные от китайцев деньги в «0,5% от реальной стоимости» неизвестно чего (гектаров или кубометров, об этом чуть ниже). То есть кто-то знающий о чем-то консультировал Михалкова, но ничего кроме интригующих цифр (типа 200-300 млрд рублей справедливой цены вопроса) так ему и не втолковал.
Упомянутой оказалась всего одна российская организация – а именно АО «Корпорация развития Томской области». Выяснилось, что ее представители в сентябре 2017 года встречались с китайской делегацией, в которой присутствовали люди из будущей компании-арендатора. Однако дело заключается в том, что встречаться с китайцами (раз прочие инвесторы нам теперь недоступны) и является одной из главных задач этой небольшой конторы, которая и «корпорацией» то является лишь на бумаге. Де-факто это областная структура, юридически обособленная в целях менее забюрократизированного ведения хозяйственных дел (изначально речь шла о поставках топлива для ЖКХ и соцсферы региона).
И неужели кто-то всерьез думает, что решение о согласии с китайскими условиями сделки принималось именно там? Или что это был местечковый «распил», невиданный по размаху и наглости (0,5% от реальной стоимости по версии Михалкова)? Да еще с иностранными контрагентами в канве вечно горячей темы «Китай захватывает Сибирь»?
Никита Сергеевич активно ссылается на статью издания «Тайга.инфо» под названием «Кто вырубит тысячи гектаров сибирского леса». Опубликована она была в конце февраля, однако негодующей реакции на приведенные в ней данные удостоилась только в июне. Летом о лесе думается лучше и проникновеннее, особенно художникам – вспомните тех же Тургенева с Шишкиным.
Статья объемна и очень информативна, коллег действительно можно поздравить с качественно проделанной работой. Сразу после части, посвященной томским лесам, в ней можно прочесть следующее:
«Главное управление лесного хозяйства соседней Омской области успело в декабре-январе отдать в аренду 4,6 тыс. га леса в Тарском районе. Торги выиграло ООО «Сибирский лес». Компания заплатит 23,3 млн рублей за 20 лет— это около 21 рубля на гектар в месяц».
В Томской области, напомним, речь идет о 137 тыс га лесных участков сроком на 49 лет (или о приблизительно 16 рублях за гектар в месяц – то есть общий «ценник», как это ни печально, адекватен «рынку»). С одной стороны, площади явно несопоставимые, с другой – для относительно небогатой «товарными» лесами Омской области и это не так чтобы уж мало. И где же праведный гнев? Чего для него не хватает – площадей, китайцев или пяти «минус пяти рублей»?
Давайте все-таки определимся, против чего конкретно мы бесогоним. Нельзя отдавать земли (вообще никакие) в аренду китайским компаниям? Значит, так и скажите, а потом трясите тех, кто это разрешил. Китайцы переживут, не сомневайтесь – желающих освоить этот рынок в мире немало. К тому же КНР (вопреки устоявшимся стереотипам) сама экспортирует лесо- и пиломатериалы: 20% потребленной экономикой страны древесины в 2016 году было вывезено за границы Китая. Доля импорта действительно растет, и на растущий рынок зарятся многие. К примеру, лидером по наращиванию объемов поставок пиломатериалов в КНР является Финляндия – с июня 2016 по июнь 2017 она увеличила размер поставок на 63,6%. А вот цена на финское «дерево» при этом сократилась на 4,7%. Финнам нужно что-то делать со своим лесом, потерявшим долю актуальности из-за мирового снижения потребления бумаги. И они этим занимаются, снижая цены и активно работая с «китайскими партнерами». При этом цена на финские пиломатериалы заметно выше, чем на российские.
Источник – сайт «Продерево.ру» со ссылкой на «CHINA TIMBER & WOOD PRODUCTS DISTRIBUTION ASSOCIATION».
На 31% нарастила свое присутствие на китайском рынке Швеция. И даже далекая страна под названием Чили тоже немного, но приросла по этому показателю. Россия здесь с большим отрывом лидирует, и это – именно пиломатериалы, а не «кругляк», о котором столь драматически сокрушается Михалков. Растут и объемы, и средняя цена – но кого это волнует в условиях «недостаточной центростремительности» (хотя куда уж, казалось бы, достаточнее)?
Да, в лесах Томской области творится настоящий бардак, о причинах которого и действенных мерах противодействия которому догадываются уже, наверное, в томских детских садах. И региональные власти несут свою немалую долю ответственности за такое положение дел. Однако то, чем занимается в данном случае перспективный видеоблогер – отнюдь не про проблему и не про лес.
