Наш разговор с Уполномоченным по защите прав предпринимателей Томской области Игорем Браниште начался с обсуждения его отчета о проделанной работе за минувший период.
– Игорь Николаевич, в вашем докладе много говорится как о положительных сдвигах во взаимоотношениях между томским бизнесом и органами госвласти, так и о наличии застарелых системных проблем. А как бы вы охарактеризовали ситуацию в целом?
– Анализируя 2024-2025 годы, надо исходить из того, что предпринимателям становится все-таки сложней. Не получается так, чтобы «с каждым годом все было легче и легче, время сейчас такое», хотя бы вспомнить налоговую реформу… Она началась в 2024 году, продолжилась в следующем, а сегодня, в 2026-м, она уже получает несколько иной ракурс. Вообще, как вы понимаете, бизнес воспринимает любые изменения не тогда, когда они приняты и озвучены, а лишь после того, как они начинают непосредственно касаться предпринимателя. Вернемся в 2024 год, когда предприниматели, кто работал в режиме УСН, стали плательщиками НДС. На выбор давалась льготная ставка в 5% и льготная ставка в 7% в зависимости от определенного уровня выручки. Но «упрощенец» мог применять и обычную ставку (в то время она была 20%, сейчас она 22%). Но если налогоплательщик выбирал обычную ставку, то имел право на налоговый вычет. Если же решал использовать льготные ставки, он просто платил процент с оборота, без права на вычет. А для самых малых «упрощенцев» (у кого выручка не превышала 60 млн в год) была установлена льгота – не платить НДС. Причём, налогоплательщик был вправе льготой и не воспользоваться.
Что произошло в 2025 году? Эту льготу решили немного подправить, превратив лимит в 60 млн сразу в 10 млн. Но бизнес-омбудсмены со всей России рекомендовали перейти к этому пределу размера выручки хотя бы поэтапно: предлагали вначале снизить ее до 45 млн, потом до 35 млн, и, наконец, 10 млн. Федеральный центр эти предложения учёл, и остановился на цифрах 20 млн, 15 млн и 10 млн. Но в любом случае, поэтапность все-таки есть.
Также законопроектом предусматривались изменения и в патентную систему налогообложения, в том числе исключить из патентной системы транспортников и торговые организации. На что уполномоченные напомнили, что в стране есть малонаселенные пункты, и такой вид бизнеса в них является просто элементом выживания. А в сибирских городах это вообще часть условий для освоения территорий.
Словом, налоговая реформа продвигается постепенно. Государство старается выверено подходить к этому вопросу, сохраняя малый бизнес, а если действовать радикально – малого бизнеса просто не будет. А в этом государство крайне не заинтересовано.
– Но если государство «пережмет», все вообще уйдут «в тень», требуется найти золотую середину… Можно ведь сделать налог меньше, но собираемость станет больше.
– Насколько я понимаю, когда правительством предлагались эти изменения, все соответствующие расчеты для этого тоже были сделаны.
– Сейчас компании поднимают зарплату сотрудникам, это благое дело. Однако, есть много предприятий, где люди заняты неполный рабочий день, то есть по факту они трудятся за полставки. Это означает, что бизнес не может платить НДФЛ?
– Предприятие перечисляет суммы НДФЛ как налоговый агент, потому что этот налог уплачивает сам работник, работодателю достаточно ощутимо платить именно страховые взносы. Если установить, как в советские времена, пенсионные отчисления в 1% – зарплаты вырастут значительно. Но такого никогда не будет, это исторически так сложилось, потому что у нас социальное государство, которое обеспечивает население пенсиями. Например, во многих странах (США, Китае, Японии) люди сами беспокоятся о своих накоплениях.
– В прошлом году вы защищали томских предпринимателей в 17 процессах, по которым состоялось 51 судебное заседание. В 2024 году таких дел было 29 и 75 заседаний. К вам обращается в основном малый бизнес?
– Бывает по-разному, мы ведь никому не отказываем. У нас случается, что процесс длится и три года: суд первой инстанции выносит одно решение, апелляция его отменяет, и так далее, вплоть до кассации, которая тоже может отправить дело на новое рассмотрение. Недавно ответчиком была крупная компания, с которой взыскивали через суд 40 млн рублей, нам удалось сократить эту цифру вдвое. Это тоже много, но для нас и такой результат показатель нашей работы. В другом процессе мы отстаивали интересы томского проектировщика, вины которого не усматривалось, однако мы не смогли этого доказать. А буквально через несколько месяцев статью, по которой его наказали, убрали из Кодекса административных правонарушений, но решение суда уже вступило в силу.
– Адвокаты говорят, что сегодня бизнесменам нужно собирать все доступные свидетельства своей правоты – максимум документов, вплоть до переписки в мессенджерах и чатах со своими контрагентами и госорганами, потому что это может стать доказательной базой в суде.
– Все верно. Но многое зависит от правовой культуры предпринимателей. Часто ведь следуют принципу – чем меньше бумаг, тем лучше. Хотя на самом деле это не так. Если честно, мало кто из предпринимателей читает договоры, которые подписывает. И это в будущем может привести к судебному разбирательству.
– Строители – одни из тех, кто попадает в суд по самым невероятным поводам. Недавно юристы озвучили удивительный пример того, как заказчик уговаривает подрядчика – «Подпиши все бумаги сейчас, это ничего страшного, что мы тебе написали какие-то претензии. Мы все равно тебе деньги заплатим». Бизнесмен подписывает и оказывается «под статьей».
– Конечно, потому что оформление подложных документов, это уже настоящее мошенничество и уголовно наказуемое деяние. Вообще, половина из тех, кто обращается к Уполномоченному в данной сфере – томские строители. Я ведь всегда предупреждаю их, говорю – не торопитесь подписывать документы, работайте по линии защиты с адвокатами. Многие вещи просто необъяснимы: вот предприниматель никогда не занимался укладкой асфальта, всю жизнь осуществлял капитальный ремонт и т.п. Одно дело – возводить строение, и другое – укладывать асфальт, это разные вещи. И вот он ввязывается в незнакомый ему бизнес-процесс, а, в результате, оказывается на 10 месяцев «там» – без семьи, без всего, живя «по казенному распорядку». Спрашиваю его: «Зачем тебе это надо было?». Отвечает: «Не знаю, сам не могу объяснить… Думали наберемся опыта». Но зачем, если у тебя в этом нет никакой практики? Если же ты занялся тем, в чём чего-то не знаешь, то, во-первых, твои решения будут недостаточно выверенные, во-вторых, твои сотрудники могут тебя обманывать, и главное – по незнанию ты можешь попасть в неведомую тебе беду. Успешный руководитель погружается сам, в том числе и благодаря своим помощникам, в каждый аспект дела, и решение принимает сам, увидев все детали «с высоты». Это рецепт правильного бизнес-решения и успешного ведения дела.
– Тем более, наверно, это касается госконтрактов, где нужно видеть все подводные камни …
– Разумеется. Часто говорю: «Ну, ты выиграешь этот госконтракт в полтора миллиарда рублей, а потратишь на его реализацию реально два. В чем же смысл? Занимайся тем, где у тебя есть железные гарантии успеха». Но такие проблемы будут преследовать бизнес, особенно когда предприниматель, например, всю жизнь производивший мясную продукцию, вдруг решает завести хлебопекарню…
– В своей работе вы должны видеть некоторые законодательные недоработки, мешающие работе бизнеса?
–У нас, кстати, есть пример успешной законодательной инициативы. Суть в том, что северские индивидуальные предприниматели долго не могли добиться права подачи заявлений на получение пропусков на въезд в закрытый город для своих иногородних работников. Такая возможность имеется только у работодателей – юридических лиц. Мы проанализировали ситуацию, подготовили предложения по изменению действующего законодательства, провели консультации с экспертами – все нас поддержали, в том числе органы прокуратуры. Мы направили свои доводы в Правительство РФ, во все профильные ведомства. Затем, в 2024 году, в Ярославле, на всероссийской конференции региональных Уполномоченных по защите прав предпринимателей, когда обсуждались законодательные инициативы от регионов, я выступил по данному вопросу, и нашу позицию поддержали остальные коллеги. Предложение было внесено в резолюцию конференции, и ушло в правительство, в ГосДуму, к Уполномоченному при Президенте РФ по защите прав предпринимателей. В 2025 году на рабочей встрече с Михаилом Киселёвым – депутатом Государственной Думы от Томской области, также были переданы проработанные поправки в соответствующее Постановление Правительства РФ. В итоге Госкорпорацией «Росатом» внесён проект изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 11 июня 1996 г. № 693, на проект получены все положительные заключения, прошли публичные слушания, сейчас документ проходит процедуру согласования и подписания. Если посчитать – на это ушло два года, но для нас важен результат, тем более, он касается не только предпринимателей из Северска, но и других городов России, в черте которых есть объекты Росатома.
– В минувшем году вы 12 раз посетили предпринимателей, находящихся в СИЗО. Это становится обязательной частью работы аппарата Уполномоченного?
– Да, у нас действительно стали традицией ежемесячные приемы граждан у руководства пенитенциарных учреждений УФСИН по Томской области. Зачастую мы проводим совместные приёмы граждан с Еленой Карташовой – Уполномоченным по правам человека в Томской области. Как правило, посещения граждан в СИЗО, в первую очередь, связано с обращениями в оказании содействия по изменению им меры пресечения. Некоторые граждане обращаются за помощью в получении характеристики для предоставления следствию или суду, или для подготовки правовой позиции о предпринимательском характере вменяемых им преступлений.
– В своем отчете о проделанной в 2025 году работе, вы упомянули о взаимодействии по многим вопросам с сенатором от Томской области Владимиром Кравченко. Насколько плодотворны сегодня контакты с областной Законодательной думой и представителями нашего региона в Совфеде?
– У нас очень много совместной работы, все идеи превращаем в проекты по изменению действующего законодательства и отсылаем их Владимиру Казимировичу. Он отправляет их на юридическую экспертизу, как официальный представитель по вопросам бизнеса от региона в Совете Федерации. Кстати, благодаря Кравченко мне удалось выступить на федеральной площадке по теме изменения налогового законодательства. Я озвучивал консолидированную позицию всех бизнес-уполномоченных, и она затем нашла отражение в корректировках налогового кодекса, так что многие полученные для бизнеса преференции – это и наша, в том числе, заслуга.
Фото предоставлены аппаратом Уполномоченного по защите прав предпринимателей Томской области
