12 сентября, аккурат после подведения выборных балансов в стране, холдинг РБК выдал очередную порцию «хроник большого кризиса» от экспертов Высшей школы экономики (ВШЭ).
На этот раз речь шла о секторах экономики «наиболее близких к кризисному состоянию». Эксперты ВШЭ, на основании неких наблюдений, включили в их перечень металлургию, производство готовых металлических изделий (кроме машин и оборудования), водоснабжение и переработку отходов, а также производство напитков, компьютеров и электронных вкупе с оптическими изделий.
Временные границы наблюдений были обозначены январем и июнем (включительно) этого года.
В середине материала сдержанно констатировался рост (инвестиций или рентабельности) в массе других отраслей, а также «неоднозначность» инвестиционного всплеска I полугодия 2017 по экономике в целом (+4,8% и +6,3% во II квартале). Дескать, ну было и было, больше – в ближайшей перспективе точно – уж точно не будет.
Ну а в конце, как водится, последовал еще один слой небольшого уныния. На этот раз в виде региональных прозрений экспертов ВШЭ.
Источник – РБК
Технология понятна. «Отовсюду слышны нам стоны о росте», значит делаем смысловой гамбургер. Сверху и снизу ставим негатив, он и определит основной «вкус» сообщения.
Это все не к тому, что в экономике у нас все хорошо или по-настоящему динамично. Такого пока нет и близко. Даже в Москве, по оценкам этих самых экспертов ВШЭ.
И уж, конечно, не к тому, чтобы на местном уровне задеть кого-то «большого» и тем самым что-то показать. Вот этого нам точно не надо.
Дело в том, что мы против использования Томской области в качестве «подгорелого» внутри чьего-то там технологического гамбургера.
Итак.
Новость о том, что ВШЭ включила Томскую область в число двух самых депрессивных регионов страны, вяло обсосали здесь еще в августе. Тогда речь шла об июньском «сводном рейтинге региональной экономической активности» (РЭА), обсчитываемом некими экспертами ВШЭ.
Суть сообщения была опять-таки проста. Несмотря на то, что большинство регионов вышло из экономической депрессии, есть на теле нашей многострадальной родины отдельные пятна (два), в которых все не так.
Наглядно:
Источник – Институт «Центр развития» ВШЭ
По итогам июля Томская область снова попала на дно этого рейтинга. Картинку приводить смысла нет, она практически ничем не отличается, от приведенной выше. Разве что унылую компанию нам в июле составлял Забайкальский край.
Теперь о птичках.
Поверить в какие-то обособленные и уникальные статистические возможности Центра развития ВШЭ невозможно при всем желании. По численности и прочему это обычная вузовская лаборатория – вот списочный состав сотрудников https://dcenter.hse.ru/persons/
За составление индекса РЭА отвечает заместитель директора этой конторы, кандидат экономических наук Смирнов С.В. Человек с достижениями в виде «надбавок за академическую работу». Именно он представлен автором материалов под громким заголовком Индекс РЭА от ВШЭ.
Используя статистические данные, действительно можно впасть во что угодно. Подразделение ВШЭ выбрало пять сегментов для оценки экономической активности в регионах. Промпроизводство, строительство, оптовая и розничная торговля, а также платные услуги. Статистически универсальные пункты.
Вот так это может выглядеть, к примеру, по данным Томскстата:
Источник — Томскстат
Проблема в том, что исходя из этих же данных вполне можно выстроить и нечто обратное.
Берем промпроизводство и видим, что по I полугодию здесь присутствуют банальнейшие 100,5%. Июль к июлю 2017 – 100,9%. В ВШЭ, видимо, считают иначе, чем в Томскстате, и это уже также банальный вопрос методологий. Ну и структуры общего «пирога». Так, Томскстат обозначает более 500% годового прироста в нише производства текстильных изделий. И 43% в том, что касается услуг по ликвидации последствий загрязнений.
Платные услуги показали уровень выше 100% в феврале, апреле и, кстати говоря, июне (там стоит пометка о том, что данные изменены за счет уточнения респондентами).
И так далее со всем подобным.
Вот нечто сводное:
Источник – Томскстат
Цифры как цифры, других не было давно.
Депрессия это все же немного про другое. Например, про утрату перспектив.
Великая депрессия в США была депрессией именно поэтому. Общество, изначально сверхмотивированное на экономический рост и рост благосостояния, вдруг осознало, что этого какое-то время не будет совсем. И это был шок.
Нашу депрессию можно охарактеризовать как двуликую – с цифрами и без. С первой народ привычно справляется с помощью максимы «Не жили богато, … и начинать». А вот та, которая без цифр и про перспективу в общем, куда как опаснее. Вот только измерить ее пока нечем.
