Внезапно вошедшее в более-менее широкий обиход слово оксюморон лучше всего подходит к описанию понятия господдержки предпринимательства.
Свобода частной инициативы в экономике, по идее, менее всего должна опираться на что-то государственное. Один из фундаментальнейших мифов по этому поводу как раз и выстроен вокруг фигуры «человека с кольтом». Того самого, который ни от кого ничего не ждет. Легенда о Форде, который при помощи продажных чиновников (тоже господдержка, чего уж там) гробил общественный транспорт в североамериканских городах, расчищая нишу для доступных частных авто, родится несколько позднее.
Не мешать и как можно меньше пересекаться в рамках деятельности – вот, пожалуй, единственная форма поддержки, приемлемая для обеих сторон в «классической» рыночной системе. Субсидии или гранты на открытие чего-либо частного в проблемных районах – это все-таки уже признаки социально ориентированных систем. Преследующих цели сохранения социальных балансов в условиях глобализированных экономик. Та же европейская система субсидий аграриям – чистейший Госплан за некоторыми вычетами. Здесь можно вырастить или выловить только вот это и в этих количествах, иначе накажем.
История господдержки предпринимательства в нашей стране также зародилась из-за дисбалансов – прежде всего, в сфере распределения, базовых услуг и производства потребительских товаров. То есть там, где государство к середине 80-х уже очевидно и бесповоротно проиграло.
Оттуда же растут ноги в отношении дисбалансов уже внутри этой самой поддержки. Людей обеспечили невиданными по нынешним меркам льготами – кредитными и налоговыми. Однако почти тут же ввели жесткие налоги на личные доходы кооператоров (от 30% до 90%), опять таки в целях сглаживания социальных дисбалансов.
Во-вторых, обеспечив предпринимателей тем, что сейчас назвали бы инфраструктурой, их забыли «одарить» безопасностью. Жесткая государственная политика в том, что касалось бы пресечения криминального давления на частника, многое могла бы решить в судьбе будущих реформ. Этого не случилось.
Одна из версий, объясняющих подобную половинчатость, базируется на том, что кооператоры фактически отказались исполнять социальный заказ, выписанный им государством в обмен на изначальную поддержку. То есть вместо сокращения товарного дефицита и выстраивания доступного сервиса, граждане бросились в «спекуляцию и обнал». За что и получили всем скопом государственную обиду, налоговый пресс и игнорирование в вопросах безопасности.
Последствия и родовые черты всего этого не так уж сложно обнаружить и в нынешних подходах государственной политики в отношении малого и среднего бизнеса.
Главное, что стоит понимать предпринимателю в этом плане, заключается в том, что государство, намереваясь оказывать ему поддержку, решает при этом исключительно свои цели и задачи. Причем своими методами и по своим – неуклюжим, устаревшим, каким угодно еще – правилам.
Ну а поняв эту, простую, в общем-то, вещь, уже вполне можно адекватно примерять на себя те или иные виды господдержки.
Теперь коротко о государственных целях и задачах.
Перенос ответственности
Этот пункт – попросту в силу временных обстоятельств – является практически выработанным. Некогда государство несло на себе практически все. Потом оно устало и решило это самое все по максимуму с себя сбросить.
Возьмите тот же муниципальный уровень, который государство «исторгло» из себя в надежде на его дальнейшую самостоятельность и, так сказать, самоокупаемость. Чего уж говорить о системах распределения, обслуживания, транспорта и связи и т.д.
Когда «малый частник» мог спасти ослабевшее государство в плоскости этих социальных функций, он был нужен и неплохо востребован. Даже если оставить за скобками вопрос о взятках, то чиновный уровень в то время был куда как более доступен и «административно мягок» в своих отношениях с малым бизнесом. Вскрывающиеся ныне договора аренды и некоторые прочие бумаги тому прямое свидетельство.
Людей надо было снабжать едой, лекарствами, одеждой и т.д. – эту задачу возложили на малый бизнес. Сегодня властям в этом плане проще работать с крупными экономическими субъектами. Легче и в плане администрирования налогов, и в отношении надзорных функций, да и «вообще».
Нынче долгосрочно арендовать или же выкупить какой-нибудь гособъект с тем, чтобы заменить в нем «неэффективное государство» с сохранением функций, уже маловероятно. Можно чем-нибудь подсобить в расчете на определенную компенсацию и даже некое «особое отношение».
При этом необходимо четко понимать, что за каждый скормленный в целях «социального замещения» рубль, с вас точно спросят втройне. Дадут не деньгами, а чем-нибудь еще – спросят за ценообразование в целом, абсолютное соответствие чему-нибудь и т.д.
Взять те же томские частные детсады, которые до поры работали практически в «тени», прикрываясь статусом «групп присмотра». На полный пакет документов включая образовательную лицензию у предпринимателей и в более благополучные годы не хватало средств.
В результате область и город, испытывавшие дефицит мест в детсадах, пошли на выплату компенсаций, лишь бы заполучить «белые» места для выправления статистики. Ее размер достигал 4 000 рублей за одного ребенка в месяц. С постройкой новых детсадов в рамках соответствующей госпрограммы размер выплат упал сразу до 700 рублей. А уже в этом году в Минэкономразвития было направлено предложение о расширении господдержки частным детсадам в части компенсации платы за аренду и заработную плату персоналу – и все это в случае открытия бюджетных мест.
Риски сближения с государством при работе в формате «замещения» очевидны. Это, как минимум, отсутствие пресловутой стабильности при весомых издержках за «полную прозрачность».
Рабочие места
Альфа и омега всей государственной политики в отношении поддержки малого бизнеса.
Изначально этот подход был подсмотрен на вещевых рынках 90-х, куда «высвободились» многочисленные сотрудники отечественных НИИ и прочих государственных структур. Собственно говоря, никто из этого и не делал особых секретов – новая волна ликвидации советских производств, пришедшаяся на сытые нефтяные годы, должна была упереться в какой-то берег.
Одной из таких отдушин некоторое время служил бюджетный сектор, в рамках пополнения которого государство также решало проблему обеспечения занятостью, а также инвестирования в критично важный для малого бизнеса оборот дополнительных денежных средств. Несмотря на ежегодные заявления о сокращении количества бюджетников, в прошлом году они занимали долю в 16,4% от экономически активного населения страны. При этом в последние – то есть кризисные – годы наблюдался заметный отток кадров именно в бюджетную сферу, славящуюся своей стабильностью, стрессозащищенностью и некими общими гарантиями.
В любом случае, бюджетный «мешок» не бездонен и заделы под новые волны сокращений в крупных структурах нужно было создавать еще вчера. Мы уже писали об активизировавшейся риторике по поводу автоматизации и даже роботизации широкого перечня сфер деятельности. Что, по словам прогнозистов приведет к радикальному переформатированию рынка труда.
Томская область, несмотря на все ее формальные достижения по части поддержки бизнеса, демонстрирует в этом отношении отрицательную динамику.
Источник – Отчет по результатам исследования состояния и тенденций развития МСП Томской области в 2013 году, Томская ТПП.
Как видно из приведенных данных, начиная с 2010 года доля занятых в МСП неуклонно сокращалась даже в предкризисные годы. Также стоит отметить, что в те благословенные годы профильная статистика игнорировала сегмент индивидуальных предпринимателей. В отчете за прошлый год с учетом ИП все уже в полном порядке. Не иначе потому, что в прогнозе на 2016 такая совмещенная статистика давала уже вполне симпатичные 35,1%.
По данным этого же отчета, 82% опрошенных представителей МСП заявили об отсутствии потребности в привлечении новых кадров. При этом оставшиеся 18% являлись представителями организаций, связанных с добычей полезных ископаемых и обрабатывающих производств.
В текущих условиях задача по стимулированию роста занятости в сегменте МСП представляется трудновыполнимой. Задел – прежде всего, статистики ради – просматривается, пожалуй, лишь в плоскости легализации самозанятых. Либо тех, кто ушел в тень после знаменитого повышения страховых взносов для ИП в 2013 (том самом, в котором их еще не включали в отчетную статистику), либо вышедших на тропу самозанятости позднее.
Ресурс перехода микропредприятий в разряд малых, а малых в статус средних, что тоже входит в перечень задач господдержки, на поверку оказался весьма трудноизвлекаемым. В том числе – исходя из предпочтений самих предпринимателей.
Фото: Администрация Томской области
